Тактика Пустой Крепости

[diejacobsleiter]

В Троецарствии один из самых знаменитых эпизодов – Чжугэ Лян игрой на цине отгоняет от пустого города 100-тысячную армию Сыма И. 

Эта тактика вошла в книгу «36 тактик» (36 strategems) под номером 32 как "Тактика Пустой Крепости".  В истории она была использована не раз. Сама эта книга – совершенно загадочна. Ее обнаружили случайно в 1941 году, известна она стала в 1960-е, авторство и датировка ее неизвестны, но книгу принято относить к древности – то к последним векам до н.э., после появления "Искусства войны" Сун Цзы, то к эпохе Троецарствия (ее даже приписывали Чжугэ Ляну), то к средневековью.

Каждая из стратегем – четверостишие (4х4 иероглифа), написанное очень сжато и загадочно: возможно, это было защитой от посторонних. Посвященный поймет, посторонний похлопает глазами и закроет. Вот как выглядит 32-я стратегема, 空城計 "Тактика Пустой Крепости", помещенная в раздел "Стратегемы для отчаянной ситуации":

虛者虛之

疑中生疑

剛柔之際

奇而復奇

Перевод – приблизительный, т.к. текст слишком сжатый:

Если слаб, эту слабость покажи;
Средь сомнений – сомненья породи.
Там, где твердого и мягкого граница,
Странное – в страннейшее превратится.

Если верить комментаторам, речь в тексте идет о том, что если ты оказался в заведомо проигрышном положении, то не надо пытаться это скрыть: будет только хуже. Можно попробовать двойной блеф, reverse psychology. Продемонстрировать свою слабость и тем самым удвоить сомнения в противнике. Он будет гадать, сила перед ним или слабость, блеф или двойной блеф, мягкость или твердость, и сам будет колебаться между твердым намерением атаковать и мягким – отступить. Это парализует его волю и заставит отступить. Так твое странное поведение приведет к еще более странным последствиям: сила отступит перед слабостью.

Поскольку это совпадает с тем, что сделал Чжугэ Лян, ему и приписывалось авторство; тем более, что он был известнейшим стратегом и изобретателем своего времени. Но историки говорят: не он.

Но я думаю, что самое важное в трюке Чжугэ Ляна было то, что он сам взошел на башню и стал играть на цине. Музыка была самым сильным психологическим ходом, вносящим наибольшую загадочность. Вся ситуация как бы поднималась на более высокий онтологический этаж, в зону мифологии. А для человека, умеющего думать, нет ничего страшнее и загадочнее, чем проблема, перенесенная в сферу мифологии. Простака тут ничего не смутило бы, он бы пожал плечами и вошел в город; но Сыма И, человек высокого и многомерного ума, решил проявить осторожность.